Анализ Постановления Конституционного Суда РФ от 7 марта 1996 г. № 6 П

Смирнов Д.Д.
студент 2 курса РГУП

7 марта 1996 г. Конституционным Судом РФ были рассмотрены жалобы граждан Р. И. Мухаметшина и А. В. Барбаша по поводу конституционности п. 3 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации». Решение суда было изложено в виде Постановления за № 6‑П.

Основанием к обращению указанных граждан в Конституционный Суд РФ послужила неопределенность, связанная, по их мнению, с несоответствием Конституции РФ п. 3 ст. 16 Закона РФ от 26.06.1992 №3132–1 (ред. от 12.11.2018) «О статусе судей в Российской Федерации», предусматривающего, что уголовные дела в отношении судей могут возбуждаться лишь при наличии одобрения соответствующей квалификационной коллегией судей.

Следует отметить, что данный вопрос давно обсуждается в научной литературе, ведь независимо от вида осуществляемого судопроизводства личность судьи всегда имеет огромное значение, поскольку его профессиональные качества, компетентность, ответственность и самостоятельность напрямую связаны с законностью и качеством принимаемых судебных решений, которые являются главным рычагом разрешения споров.

Отечественное законодательство определяет, что судьей является гражданин, который наделен полномочиями по осуществлению правосудия и исполняет возложенные на него обязанности на профессиональной основе. Для всех судей в стране предусмотрен единый правовой статус, а имеющиеся различия связаны с содержанием полномочий и компетенцией. Судья при отправлении правосудия обладает независимостью, никому не подотчетен и подчиняется исключительно закону. Гарантии независимости судей как элемент их правового статуса периодически совершенствуются и развиваются по нескольким направлениям, одним из которых является наличие специальных судейских иммунитетов.

Данное обстоятельство и послужило основанием подачи вышеуказанных заявлений со стороны Р. И. Мухаметшина и А. В. Барбаша, которым квалификационными коллегиями судей было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении председателя Октябрьского районного народного суда города Ижевска Н. П. Гусева (по заявлению Р. И. Мухаметшина) и в отношении двух судей Хорошевского межмуниципального (районного) народного суда города Москвы (по заявлению А. В. Барбаша).

Прежде чем анализировать вышеуказанное постановление Конституционного Суда РФ, следует отметить, что судейский иммунитет представляет собой правовой институт, состоящий из правовых норм, освобождающих судей от исполнения некоторых юридических обязанностей и регламентирующих привлечение их к различным видам ответственности по усложненной процедуре.

Законодатель определил параметры судейского иммунитета в уголовно-правовой и уголовно-процессуальной сфере. В соответствии с гл. 52 УПК РФ от 18.12.2001 №174‑ФЗ (ред. от 30.10.2018) требуется соблюсти особый порядок для того, чтобы: решить вопрос о привлечении судьи к уголовной ответственности; осуществлять расследование уголовного дела, возбужденного в отношении представителя судейского сообщества; привлечь судью в качестве обвиняемого по уже возбужденному уголовному делу.

Особый порядок предусматривает участие нескольких независимых субъектов в зависимости от правового положения судьи: квалификационная коллегия судей субъекта РФ, Высшая квалификационная коллегия судей РФ или Конституционный Суд РФ дает согласие, а решение принимает Председатель Следственного комитета РФ.

В случае задержания судьи, подозреваемого в совершении преступления, или его доставления в правоохранительные либо иные органы он должен быть освобожден сразу после того, как личность судьи будет установлена. Особый порядок предусмотрен и при заключении судьи под стражу: ходатайствовать перед Конституционным Судом РФ или соответствующей квалификационной коллегией судей о даче согласия на избрание данной меры пресечения должен Председатель Следственного комитета РФ.

В связи с этим в указанном постановлении Конституционный Суд РФ выразил следующую позицию: «Установленный пунктом 3 статьи 16 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» усложненный порядок возбуждения уголовного дела в отношении судьи выступает лишь в качестве процедурного механизма и способа обеспечения независимости судей и не означает освобождения их от уголовной или иной ответственности. При наличии достаточных оснований и с соблюдением установленных в федеральном законодательстве процедур судья за допущенные им нарушения законов может быть привлечен как к уголовной, так и к иной ответственности».

Следует отметить, что, по мнению некоторых авторов, применение иммунитета является прямым нарушением конституционного принципа равенства всех перед законом и судом [1]. Однако, на наш взгляд, с подобным выводом достаточно сложно согласиться. Как представляется, любые иммунитеты: дипломатические, консульские, судейские и др., так или иначе являются некоторыми исключениями из вышеупомянутого принципа равенства. Тем не менее судейские иммунитеты обусловлены тем, что к судьям предъявляются повышенные требования при осуществлении ими деятельности, и они вправе обладать дополнительными средствами правовой защиты, чтобы эффективно выполнять свои задачи. В данном случае иммунитет выступает одним из необходимых элементов правового статуса судьи и не относится к его личным привилегиям. Поскольку судья является еще и гражданином, он также действует в правовом поле, однако имеющемуся у него правовому статусу должны соответствовать меры ответственности, основания привлечения к ответственности и порядок применения мер воздействия.

Отдельной гарантией выступает законодательное ограничение на привлечение судьи к ответственности за выражение своего мнения при отправлении правосудия или за решение, которое было принято судьей. Схожая гарантия существует в законодательной сфере, когда депутаты могут высказывать свою точку зрения при осуществлении профессиональной деятельности, не опасаясь применения к ним мер ответственности. Тем не менее для судей эта гарантия не является абсолютной, они могут быть привлечены к ответственности, но исключительно по приговору суда и только за совершенное ими преступное злоупотребление или неправосудный акт. Однако злоупотребление судьи может быть и не преступным. Ведь процессуальная работа может осуществляться судьей без целей корыстной или иной личной заинтересованности, в связи с чем состава злоупотребления должностными полномочиями, предусмотренного ст. 285 УК РФ от 13.06.1996 №63‑ФЗ (ред. от 03.10.2018) (с изм. и доп., вступ. в силу с 21.10.2018), в деянии судьи может и не быть. К тому же, исходя из смысла закона, виновность судьи должна быть установлена в умышленном преступлении, что исключает установление вины из‑за преступной халатности. Неясным остается и то, почему виновность может быть установлена только приговором. Ведь в отношении иммунитета при привлечении судей к деликтной ответственности Конституционный Суд РФ отметил, что вина судьи в причинении вреда может быть установлена не только приговором, но и иным судебным решением [2]. Очевидно, что здесь имеется определенная коллизия.

Тем не менее судья должен быть огражден и от производства в отношении него различных мероприятий. Практически осуществление данной гарантии выглядит следующим образом. Если при рассмотрении материалов на судью, поступивших в суд или квалификационную коллегию судей, компетентный орган решит, что проведение процессуальных или оперативно-розыскных мероприятий связано с позицией, которую занимает судья в процессе осуществления своей деятельности, в удовлетворении ходатайства будет отказано [3].

Таким образом, проанализировав Постановление Конституционного Суда РФ от 07.03.1996 г. № 6‑П, мы пришли к выводу о том, что судейские иммунитеты являются важным элементом специального правового статуса судьи, которым его наделил законодатель в качестве гарантии обеспечения независимости. Как представляется, гарантии осуществления судьей профессиональной деятельности направлены на повышение качества отправления правосудия, предполагая повышенную степень ответственности судьи за осуществление своих полномочий. Однако не следует забывать, что ни один судья не обладает абсолютным иммунитетом, судейское сообщество связано принципом независимости и подчинения только закону, что не предполагает независимость суда от закона.



[1]  Подгорбунская А. И. Понятие и сущность иммунитета судей // Аллея науки. 2018. Т. 3. № 4 (20). С. 541.

[2]  Постановление Конституционного Суда РФ от 25.01.2001 № 1‑П «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И. В. Богданова, А. Б. Зернова, С. И. Кальянова и Н. В. Труханова».

[3]  Цветков Ю. А. Особенности уголовного преследования судей // Уголовный процесс. 2017. № 3 (147). С. 27.