Проблемы тайны усыновления

Латыпова Д.Р.
студентка 3 курса
Самарского национального исследовательского
университета имени академика С.П. Королёва

В России институт усыновления неразрывно связан с особенностью соблюдения так называемой «тайны усыновления». При этом вопрос о сохранении тайны усыновления является дискуссионным не только в юриспруденции, но и в таких науках, как психология и социология.

Вопрос о целесообразности сохранения тайны усыновления неоднократно поднимался научным сообществом. Мнения ученых разделились. Сторонники отмены тайны усыновления ссылаются на зарубежный опыт, где закреплена открытость усыновления. Ученые, выступающие «за» сохранение тайны усыновления, отмечают эффективность норм отечественного законодательства, которые уже на протяжении многих лет позволяют защитить интересы усыновлённого и усыновителя.

В настоящее время тайна усыновления ребенка гарантируется Семейным кодексом РФ, а Уголовный кодекс РФ предусматривает ответственность за её нарушение. В Гражданском процессуальном кодексе РФ исследуемые отношения регулируются ст. 10, 269–275, а в Гражданском кодексе РФ — ст. 128, 150, 151, 152 2. Трудовой кодекс РФ закрепляет в ст. 257 положения о предоставлении отпуска работникам, усыновившим ребенка. К нормам, направленным на сохранение тайны усыновления, также относятся Федеральный закон РФ от 16.04.2001 (ред. от 08.03.2015) № 44‑ФЗ «О государственном банке данных о детях, оставшихся без попечения родителей»; Федеральный закон РФ от 22.10.2004 (ред. от 28.12.2017) № 125‑ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации»; Федеральный закон РФ от 15.11.1997 (ред. от 03.07.2019) № 143‑ФЗ «Об актах гражданского состояния». Особое значение имеют разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.04.2006 № 8 (ред. от 17.12.2013) «О применении судами законодательства при рассмотрении дел об усыновлении (удочерении) детей». Кроме того, важнейшим судебным прецедентом в вопросе защиты и обеспечении тайны усыновления является Постановление Конституционного Суда РФ от 16.06.2015 № 15‑П «По делу о проверке конституционности положений статьи 139 Семейного кодекса Российской Федерации и статьи 47 Федерального закона «Об актах гражданского состояния» в связи с жалобой граждан Г. Ф. Грубич и Т. Г. Гущиной».

СК РФ в ст. 134–136, 139 содержит нормы, направленные на сохранение тайны усыновления, нормы об изменении имени, отчества, фамилии ребенка, даты и места его рождения, о записи усыновителей в качестве родителей усыновленного ими ребенка. В п. 1 ст. 139 СК РФ, закрепляющем обязанность сохранения тайны усыновления судьями, вынесшими решение об усыновлении ребенка, должностными лицами, осуществившими государственную регистрацию усыновления, а также лицами, иным образом осведомленными, не содержится указаний относительно возможности получения сведений самим усыновленным.

В ст. 7 Конвенции о правах ребенка закреплено право ребёнка, насколько это возможно, знать своих родителей. По закону информация, составляющая тайну усыновления, может быть сообщена усыновленному и иным лицам только с согласия усыновителей, из этого следует, что в России нет надлежащей правовой процедуры, позволяющей усыновленным устанавливать свое происхождение.

В связи с этим ученые предлагают дополнить ст. 139 СК РФ пунктом третьим в следующей редакции: «Тайна усыновления может быть раскрыта усыновлённому, достигшему совершеннолетия» [1].

Следует отметить, что в Российской Федерации принимаются попытки постепенного отказа от тайны усыновления. Так, в Национальной стратегии действий в интересах детей на 2012–2017 гг. есть революционное для России положение: «Переход к системе открытого усыновления с отказом от тайны усыновления». В указанный период задачу перехода к открытому усыновлению выполнить не удалось, но данная мера вызвала бурную реакцию научного сообщества и практиков.

Многие считают, что сохранение тайны способствует близким связям, подлинно родственным отношениям между усыновленным и усыновителем, а разглашение тайны усыновления может психически травмировать ребенка, разрушить семью. А. Т. Шангареев считает: «Тайна усыновления введена не для спокойствия усыновителей, а для защиты ребенка как от информации о его происхождении, так и от биологических родителей» [2]. Не менее сильным доводом в пользу сохранения института тайны усыновления является то, что усыновленный ребенок может испытывать проблемы в общении с окружающими, прежде всего со сверстниками [3]. Р. П. Мананкова, Н. В. Липовских считают, что отмена и даже ослабление ограничений в реализации права на доступ к информации о тайне усыновления могли бы повлечь разрушение устоявшихся институтов (ЗАГСов, архивов), к разгулу коррупции и беспорядку [4]. Более того, авторами подчеркивается, если усыновители не желают скрывать, что их ребенок усыновлен, то изначально могут выбрать другие формы устройства детей.

По мнению других ученых, положения о тайне усыновления являются своего рода пережитком прошлого. Так, Е. Б. Мизулина утверждает, что факт усыновления рано или поздно станет известным усыновленному, поэтому не может не причинить психологической травмы [5]. Кроме того, в некоторых случаях предоставление сведений об усыновлении может оказаться необходимым, например, для диагностики наследственных заболеваний или предотвращения брака с близкими родственниками. Авторы утверждают, что сохранение в тайне вопросов усыновления лишает лицо в любом возрасте либо по достижению полной дееспособности права знать сведения о действительных родственных отношениях и обстоятельствах своего рождения [6].

Всё вышеизложенное позволяет выделить как положительные, так и отрицательные стороны института тайны усыновления.

Нельзя игнорировать тот факт, что тайна усыновления ограничивает права усыновленных на получение сведений, связанных с их усыновлением. Следовательно, можно поддержать тех авторов, которые предлагают дополнить пунктом третьим ст. 139 СК РФ. В этом случае усыновление уже не будет составлять тайну для усыновленного, но это должно оставаться тайной для других лиц.

Тем не менее Конституционный Суд РФ в постановлении по делу Г. Ф. Гущиной и Т. Г. Грубич от 156 июня 2015 г. отметил важность и незыблемость тайны усыновления. Такая позиция суда справедлива, поскольку отказ от тайны усыновления может привести к потере из общего числа усыновителей доли тех потенциальных усыновителей, для которых одним из основных условий является именно тайна усыновления [7].

Следовательно, если закон, предусматривающий переход к открытому усыновлению, ограничит количество таких усыновителей, то он себя не оправдывает. Скорее всего, российское общество еще не совсем готово для столь глобальных перемен в области семейного права, поэтому государство должно поставить цель сформировать общественное сознание граждан. Выступая за ту или иную точку зрения, очень важно учитывать не только нормативно-правовые, экономические аспекты, но и социально-психологические, которые влияют на мотивацию принятия решения об усыновлении.



[1]  Кривошеева М. А. О некоторых аспектах тайны усыновления в России // Адвокат. 2012. № 4. С. 45–49.

[2]  Шангареев А. Т. Правовое положение тайны усыновления в Российской Федерации // Социально-политические науки. 2013. № 2. С. 41–43.

[3]  Корнакова С. В., Чигрина Е. В. Разглашение тайны усыновления: проблемы реализации комплексного правового механизма в Российской Федерации // Всероссийский криминологический журнал. 2018. Т. 12. № 6. С. 817–825.

[4]  Мананкова Р. П., Липовских Н. В. Правовая природа тайны усыновления // Вестник Томского государственного университета. Право. 2017. № 26. С. 121–127.

[5]  Мизулина Е. Б. Уголовная ответственность за разглашение тайны усыновления должна быть отменена. URL: https://rg.ru/2009/07/02/rebenok. html (дата обращения 14.02.2020).

[6]  Рыбалка. Е. А. Правовое положение и перспективы развития тайны усыновления в России // Юристъ-Правоведъ. 2018. № 4 (87). С. 31–34.

[7]  Мананкова Р. П., Липовских Н. В. Правовая природа тайны усыновления // Вестник Томского государственного университета. Право. 2017. № 26. С. 121–127.