Девиантное (делинквентное) поведение как социальная причина преступности

Бабин И.А.
студент 2 курса магистратуры РГУП

Проблематика девиантного поведения в современном обществе — объект постоянного внимания социологов, психологов, а также криминологов. Концепция девиантного поведения рассматривается в рамках различных теоретических направлений, с использованием таких базовых понятий, как: девиантное и делинквентное поведение, делинквентность. Указанные термины трактуются неоднозначно и поэтому требуют отдельного рассмотрения. Полагаем, что неопределенность понятийного аппарата, наблюдаемая в девиантологии, связана, прежде всего, с тем, что девиантология является относительно молодой наукой, категориальный состав которой находится в развитии. Е. В. Змановская определяет делинквентное поведение, как «действия конкретной личности, отклоняющиеся от установленных в данном обществе и в данное время законов, угрожающие благополучию других людей и уголовно наказуемые в своих крайних проявлениях» [1]. Я. И. Гилинский рассматривает девиантное поведение, как «поступок, действие человека, не соответствующее официально установленным или фактически сложившимся в данном обществе нормам (стандартам, шаблонам)» [2]. Схожие определения можно встретить в работах М. И. Рожкова [3], В. В. Ковалёва [4]. Делинквентность — это разновидность девиантного поведения человека, не соответствующего общепризнанным в данном обществе (государстве) правовым нормам либо нарушающего вышеназванные нормы, что влечет в отношении нарушителя применение мер правового воздействия, в частности, конституционно-правового, административного, дисциплинарного, материально-правового, гражданско-правового, а также уголовно-правового характера [5]. Соответственно, мы приходим к выводу, что главным критерием девиантного (делинквентного) поведения выступает нарушение социальных норм, принятых в конкретном обществе. Определившись с понятийным аппаратом, следует обозначить наиболее распространённые формы девиантного поведения, к которым, как нам представляется, можно отнести микросоциальную запущенность и характерологические ситуационные реакции отказа, реакцию группирования с субъектами, разделяющими асоциальные взгляды [6]. Считаем, что в основе всех отклонений лежат неразвитость социально-культурных потребностей, бедность духовного мира, а также отчуждение со стороны представителей соответствующего социального класса. Ко всему прочему необходимо сказать про особенности отклоняющегося поведения, среди которых можно выделить следующие: нарушение наиболее важных для данного общества и в данное время норм; негативная оценка со стороны других людей; нанесение реального ущерба личности или окружающим субъектам; многократная или длительная повторяемость антиобщественных действий [7].

Переходя к анализу девиантного поведения, как социальной причины преступности, в первую очередь, требуется раскрыть, что представляет собой такое явление, как преступность с точки зрения взаимосвязи с делинквентным поведением. «Преступность — это отрицательное социально-правовое явление, существующее в человеческом обществе, имеющее свои закономерности, количественные и качественные характеристики, влекущие негативные для общества и людей последствия, и требующее специфических государственных и общественных мер контроля за ней» [8]. «Преступность — это социальное явление, заключающееся в решении частью населения своих проблем с виновным нарушением уголовного запрета» [9].

Существует большое количество концепций девиантности, мы же сфокусируем своё внимание на наиболее классических подходах, чтобы охарактеризовать исследуемую проблематику. Основа (базис) для изучения указанного феномена была заложена А. Кетле, который выявил релятивную устойчивость отдельных видов преступности как в конкретный период времени в прошлом, так и в настоящем. Устойчивость предполагалось использовать для прогнозирования состояния преступности в будущем. А. Кетле вывел общую закономерность преступности: «Склонность к преступлению возрастает довольно быстро, по мере достижения зрелого возраста, и затем, достигнув своего максимума, она уменьшается до конца жизни» [10]. Следовательно, согласно позиции А. Кетле, преступность обусловлена действиями (бездействиями) субъектов общества, развитию же преступности способствует ряд объективных и социальных факторов. По нашему мнению, наиболее весомый вклад в развитие социологических причин (концепций) преступности с отдельным акцентированием внимания на девиантном поведении внёс Э. Дюркгейм. Дюркгейм считал, что социальный порядок как упорядоченность социальных действий индивидов и групп обеспечивается влиянием духовных, социокультурных факторов, способствующих интеграции общества [11]. Преступность, по мнению Дюркгейма, не является социальной патологией — это один из факторов общественного здоровья и неотъемлемая часть любого общества [12]. На основе применения идеи социальных фактов, теории «социологизма» и позитивистской методологии Э. Дюркгейм создал теорию аномии. Под аномией Дюркгейм понимает такое состояние общества, при котором отсутствует четкая непротиворечивая регуляция поведения индивидов и образуется нормативный вакуум, когда старые нормы и ценности уже не соответствуют реальным отношениям, а новые еще не утвердились [13] .Отклоняющееся от нормы поведение может быть расценено как симптом несогласованности между определяемыми культурой устремлениями и социально организованными средствами их удовлетворения. Дальнейшим развитием идей Э. Дюркгейма занимался Р. Мертон. В соответствии с его видением данного феномена, «аномия представляет собой социальные ситуации и индивидуальные ориентации, не соответствующие определяемым культурой целям и доступностью институционализированных средств их достижения» [14]. Как нам видится, аномия подобна особому структурному разладу культуры, конфликту, дисбалансу между культурными ценностями и санкционированными институциональными средствами. Таким образом, главным в генезисе девиантности, включая преступность, является не сам по себе уровень удовлетворения социальных потребностей, а степень различий в возможностях их удовлетворения.

Отдельного внимания в рамках социологического направления заслуживает вопрос о включенности и исключенности, так как этот критерий является одним из системообразующих факторов девиантизации общества в современных условиях. Понятие «исключение» появилось во французской социологии в середине 60‑х гг. как характеристика лиц, оказавшихся на обочине экономического прогресса. Отмечался нарастающий разрыв между растущим благосостоянием одних и «никому не нужными» другими [15]. Так согласно позиции З. Баумана «исключенные фактически оказываются «человеческими отходами (отбросами)» («wasted life»), не нужными современному обществу. Являются неизбежным побочным продуктом экономического развития» [16]. Из этого следует, что отчасти степень неравенства зависит от индивидуальных особенностей, однако главным источником неодинаковых возможностей удовлетворять потребности служит социально-экономическое неравенство, занятие индивидом позиций различного уровня в социальной структуре общества (зависимость от социальной принадлежности). Анализ концепции приводит к выводу, что в современном обществе «имеются обстоятельства (факторы), наличие которых делает более или менее вероятным девиантное поведение, а уж какую оно примет форму — чаще всего зависит от случайности или индивидуальных особенностей субъекта» [17]. Преступность же в рамках этой концепции можно охарактеризовать, как «момент, состояние социального организма, одну из характеристик общества, один из параметров, отражающих состояние социального организма» [18]. Как нам представляется, наиболее кратко и доходчиво концепция исключения/включения в структуре современного общества была продемонстрирована Луманом: «Некоторые люди будут личностями, а другие — только индивидами, существами, которые пытаются дожить до завтра» [19].

Переходя к раскрытию вопроса, посвященного путям разрешения проблемы девиантного (делинквентного) поведения, необходимо отметить следующее:

Во-первых, работа правоохранительных органов должна быть ориентирована на повышение профессионализма при проведении профилактики преступлений, более активное взаимодействие с государственными органами и общественными объединениями по данным вопросам. Во-вторых, следует акцентировать внимание на ролевой адаптации личности к специфическим социальным условиям на примере, конформизма, когда поведение в рамках общепризнанной роли ориентировано на достижение успеха, представляет собой правило, соответствующее общественным ожиданиям и поэтому не считается девиантным. В-третьих, требуется создать благоприятные условия социального развития личности, изучить индивидуально-психологические особенности личности, а также использовать комплексные процедуры диагностики по выявлению предрасположенности к отклонениям в поведении (оказание социальной помощи мало адаптированным группам населения; формирование общечеловеческих ценностей, правовой культуры и правового сознания). Именно поэтому социальный контроль над преступностью и девиантными отклонениями не может быть отделён от всеобщего структурного и культурного контекста, в которых продуцируются, анализируемые явления.

Исходя из всего вышесказанного, мы пришли к следующим выводам:

Во-первых, источник преступлений коренится не только в личности преступника, но и в обществе. Принципиально невозможно искоренить, ликвидировать, преодолеть негативное девиантное поведение и отдельные его виды. Речь может лишь идти об адекватных способах и методах контроля анализируемого явления в целях минимизации асоциальных проявлений, а также гармонизации современного общества. Можно констатировать, что преступность, как одна из форм девиантного (делинквентного) поведения выступает реалией современной действительности, профилактика которой, а также устранение и нейтрализация факторов, детерминирующих противоправное поведение, должны иметь первостепенное значение для государства и общества.

Во-вторых, сутью девиантного поведения является осуждаемое обществом отклонение от общепринятых социальных норм в результате несформированности или искажения количественно-качественных характеристик внутренних границ личности, что, в свою очередь, ведет к нарушению взаимодействия личности и общества.

В-третьих, не в полной мере удовлетворенные социальные потребности, а также постепенное разрушение социальных связей приводят к дезадаптации, т. е. к различным формам делинквентных проявлений.

В-четвёртых, различные теоретические модели девиантности показывают, что «человек с отклонениями» интересен как продукт конкретного общества с точки зрения его ролевой функции и принадлежности к определённому классу.

В-пятых, определяющее влияние на социальную дезорганизацию оказывает всё возрастающая социальная мобильность, что приводит к формированию новых социальных установок и ожиданий у членов общества. В условиях социальной дезорганизации культурные ценности, нормы и социальные связи разрушаются, становятся противоречивыми, что ведет к ослаблению неформального социального контроля, что и является одной из важнейших причин девиантного поведения.



[1]  Змановская Е. В. Структурно-динамическая концепция девиантного поведения // Вестн. Томского гос. пед. ун-та. 2013. Вып. 5 (133). С. 189–194.

[2]  Гилинский Я. И., Афанасьев В. Г. Социология девиантного (отклоняющегося) поведения. СПб., 2009. С. 26.

[3]  Рожков М. И. Воспитание трудного ребенка: дети с девиантным поведением: учебно-метод. пособие. М., 2001. С. 7.

[4]  Ковалёв В. В. Патологии личности и девиантное поведение: Руководство по психиатрии. М., 1989. С. 21.

[5]  Терещенко А. Г., Васильев Н. Г. Особенности социальной обусловленности девиантного и делинквентного поведения // Пролог: журнал о праве. 2016. № 1. С. 45.

[6]  Жигинас Н. В., Зверева Н. А., Гребенникова Е. В. Девиантное поведение подростков как искажение нравственного воспитания // Вестн. Томского гос. пед. ун-та. 2014. Вып. 1 (142). С. 40.

[7]  Змановская Е. В. Девиантология (Психология отклоняющегося поведения): учеб. пос. М., 2003. С. 12–14.

[8]  Кудрявцев В. Н., Эминов В. Е. Криминология. М., 1997. С. 22.

[9]  Долгова А. И. Преступность, ее организованность и криминальное общество. М., 2003. С. 7.

[10]  Кетле А. Социальная система и законы, ею управляющие/ Пер. с франц. СПб., 1866. С. 89.

[11]  Комлев Ю. Ю. Теория рестриктивного социального контроля: монография. Казань, 2009. С. 15.

[12]  Комлев Ю. Ю. Теории девиантного поведения: от классических построений к модернистско-постмодернистскому синтезу // Вестн. Казанского юр. Института МВД России. 2011. № 4 (6). С. 5.

[13]  Дюркгейм Э. Самоубийство: Социологический этюд / Пер. с франц. М., 1994. С. 16.

[14]  Кошарная Г. Б., Мордишева Л. Н. Основные подходы к изучению девиантного поведения. Пензенский государственный университет. 2010. № 1 (13). С. 74.

[15]  Погам С. Исключение: социальная инструментализация и результаты исследования // Журнал социологии и социальной антропологии. 1999. Т. II. Спец. вып.: Современная французская социология. С. 140–156.

[16]  Bauman Z. Wasted lives. Modernity and its outcasts. Cambridge: Polity Press, 2004. P. 5–7.

[17]  Гилинский Я. И. Криминология: теория, история, эмпирическая база, социальный контроль. СПб., 2014. С. 188.

[18]  Спиридонов Л. И. Криминологический факт и его оценка. М., 1985. С. 21.

[19]  Луман Н. Глобализация мирового сообщества: как следует системно понимать современное общество. М., 1998. С. 94–108.