Роль военной прокуратуры в предупреждении и раскрытии преступлений

Гайдуков И.Ю.
студент 3 курса
Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации

В сложившейся внешнеполитической обстановке вопрос обеспечения государственной безопасности стоит наиболее остро. Преступления, совершаемые в Вооруженных Силах, существенно снижают боеготовность и боеспособность войск, что, несомненно, отрицательно сказывается на реализации поставленной задачи. В связи с особенностью данного рода преступлений правоохранительные органы вынуждены разрабатывать специфические механизмы их пресечения и раскрытия. Прокуратура Российской Федерации занимает одну из ведущих позиций в этом вопросе.

Прежде всего, органы прокуратуры, в соответствии со ст. 8 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» [1] (далее - ФЗ № 2202-1), координируют деятельность правоохранительных органов по борьбе с преступностью, определяют основные направления их функционирования. Данный вид деятельности, несомненно, приносит свои плоды. Тем не менее, на наш взгляд, в связи с совершенствованием технологий и преступных схем этого становится недостаточно.

Мы считаем, что, борьба с преступностью должна начинаться, прежде всего, с предупреждения ее проявлений на ранних стадиях. О.Н. Каширина [2] говорит о высокой значимости и эффективности органов прокуратуры как субъекта предупреждения преступности. По ее мнению, прокуратура располагает средствами предупреждения преступности. Это и взаимодействие со СМИ, с общественными организациями, и ведение официальных сайтов органов прокуратуры, и правовое просвещение, правовое воспитание [3]. Тем не менее, в ФЗ № 2202-1 данная функция не значится, что напрямую противоречит ст. 3 указанного Федерального закона, провозглашающей невозможность возложения на прокуратуру функций, не предусмотренных федеральными законами [4].

Обобщая сказанное, мы считаем необходимым рассмотреть возможность применения ст. 25.1 ФЗ № 2202-1 как реального средства предупреждения преступлений. В.Ю. Панченко, И.Ю. Макарчук, говоря о предостережении, определяют его как особое, оригинальное правовое средство, имеющее превентивный (предупредительный, профилактический) характер [5]. Надо сказать, что Указание Генпрокуратуры «О применении предостережения о недопустимости нарушения закона»[6] запрещает применять такую меру прокурорского реагирования, как предостережение, в отношении деяний, влекущих уголовную ответственность. Таким образом, по нашему мнению, государство позволяет лицу совершить преступление, а затем наказывает его, в то время как имеется реальная возможность предупредить это преступление.

Мы предлагаем рассмотреть сложившуюся ситуацию на примере преступлений в сфере государственного оборонного заказа. Их исключительность отметил в своем интервью «Российской газете» С.Н. Фридинский. Одной из многочисленных проблем он назвал проблему привлечения большого количества посредников при исполнении одного контракта гособоронзаказа. По его словам, «привлеченные фирмы зачастую паразитируют на госбюджете» [7]. Еще одной проблемой Главный военный прокурор назвал привлечение субподрядчиков, не имеющих в своем распоряжении никаких производственных мощностей. На одной из таких ступеней, по словам С.Н. Фридинского, стоимость контракта может сильно возрасти, что негативно сказывается как на бюджете, так и на качестве работ и услуг[8].

Часть 2 ст. 30 Уголовного кодекса Российской Федерации [9] устанавливает ответственность за приготовление только к тяжким и особо тяжким преступлениям. При этом большое количество деяний, подпадающих под ст. 159 УК РФ (мошенничество), ст. 204 УК РФ (коммерческий подкуп) и ст. 285.1 УК РФ (нецелевое расходование бюджетных средств) – наиболее распространенные преступления в сфере гособоронзаказов – не всегда могут быть отнесены к тяжким и особо тяжким преступлениям. В частности, нецелевое расходование бюджетных средств в размере до 1 млн 500 тыс. руб. является преступлением средней тяжести.

Таким образом, приготовление к преступлениям небольшой и средней тяжести остается за пределами внимания правоохранительных органов в целом и прокуратуры в частности. Получается, что в случае, если у военной прокуратуры появляются достоверные сведения о сговоре генерального подрядчика (получателя бюджетных средств) с субподрядчиком, заведомо не имеющим производственных мощностей, а впоследствии этот субподрядчик, не выполнив работы, «пропадает», прокуратура не имеет правовых инструментов, чтобы предотвратить преступление. Следовательно, у недобросовестного субподрядчика появляется реальная возможность скрыться от правосудия, а у правоохранительных органов уменьшается шанс вернуть средства в бюджет.

Данную проблему поднял С.С. Харитонов, и для ее решения он предложил императивно конкретизировать предъявляемые к участникам размещения заказов требования о возможности привлечения субподрядных организаций для выполнения работ, стоимость которых не превышает определенный процент от цены контракта[10]. Необходимость законодательного запрета на привлечение субподрядчиков, не имеющих своих трудовых мощностей, отмечает и Главный военный прокурор [11]. Тем не менее, на наш взгляд, основная проблема заключается в слабой эффективности регулирования конкретных проблем. Для их решения представляется необходимым избирать системный подход.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание Приказ Генеральной прокуратуры «Об организации работы органов прокуратуры Российской Федерации по противодействию преступности» [12], в котором Генеральный прокурор приказал «внедрять новые формы и методы работы по предупреждению преступности», в целях сокращения преступности в целом и в сфере государственных оборонных заказов в частности нам представляется необходимым:

  1. Внести изменения в ФЗ «О Прокуратуре Российской Федерации», обозначив одним из направлений деятельности предупреждение преступлений.
  2. Внести изменения в Указание Генпрокуратуры «О применении предостережения о недопустимости нарушения закона» [13], позволяющие разрешить применение ст. 25.1 ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации» в отношении деяний, влекущих уголовную ответственность за преступления небольшой и средней тяжести.
  3. Внести изменения в ст. 25.1 ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации» и изложить ее следующим образом:

«Статья 25.1 Предостережение о недопустимости нарушения закона

В целях предупреждения правонарушений и при наличии сведений о готовящихся преступлениях прокурор или его заместитель направляет в письменной форме должностным лицам, а при наличии сведений о готовящихся противоправных деяниях, содержащих признаки экстремистской деятельности, руководителям общественных (религиозных) объединений и иным лицам предостережение о недопустимости нарушения закона».



[1] Федеральный закон от 17.01.1992 N 2202-1 (ред. от 03.07.2016) «О прокуратуре Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 1995. 20.11. N 47. Ст. 4472.

[2] Каширина О.Н. Реализация раннепрофилактических мероприятий по предупреждению преступности органами прокуратуры // Законность. 2015. N 1. С. 9 – 12.

[3] Там же.

[4] Там же.

[5] Панченко В.Ю., Макарчук И.Ю. Представление как правовое средство // Законодательство и экономика. 2014. N 6. С. 36 - 47.

[6] Указание Генпрокуратуры РФ от 06.07.1999 № 39/7 (с изм. от 16.10.2000) «О применении предостережения о недопустимости нарушения закона» // Сборник основных организационно-распорядительных документов Генпрокуратуры РФ. М., 2004.

[7] В Главной военной прокуратуре состоялось координационное совещание, посвященное вопросам обеспечения правопорядка и предупреждения правонарушений в воинских коллективах (31.10.2016)// URL: http://gvp.gov.ru/news/view/1703/

[8] Интервью заместителя Генерального прокурора Российской Федерации – Главного военного прокурора Сергея Николаевича Фридинского «Российской газете» (расширенная версия) / 07.10.2016 // URL: http://gvp.gov.ru/news/view/1678/.

[9] Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ (ред. от 22.11.2016) // Собрание законодательства РФ. 1996. 17.06. N 25. Ст. 2954.

[10] Харитонов С.С. О проблемных вопросах обеспечения законности в сфере государственного оборонного заказа средствами прокурорского надзора // ЭНИ «Военное право». 2012. Вып. № 1.

[11] «Оружие дает «откаты». Интервью Главного военного прокурора С.Н. Фридинского // Российская газета. 2011. 24.05. № 109.

[12] Приказ Генпрокуратуры России от 16.01.2012 № 7 «Об организации работы органов прокуратуры Российской Федерации по противодействию преступности» // Законность. 2012. № 3.

[13] Указание Генпрокуратуры РФ от 06.07.1999 № 39/7 (с изм. от 16.10.2000) «О применении предостережения о недопустимости нарушения закона» // Сборник основных организационно-распорядительных документов Генпрокуратуры РФ. М., 2004.