Криптовалюта как предмет преступления

Елфимова П.Е.
Российский государстве нныйуниверситет правосудия
студентка 2 курса

В настоящее время в научной литературе весьма актуальным и дискуссионным является вопрос правового положения криптовалют, основанных на технологии «блокчейн», таких как биткоин (ВТС), лайткоин, (LTC), эфит (ЕТН).

12 декабря 2017 года, власти Болгарии изъяли у контрабандистов 200 000 ВТС, что по нынешнему курсу составляет почти 3,5 млрд. долларов, что составляет около 1,2 % от общей капитализации биткойн, 7 % от ВВП страны и 18 % национального долга[1]. Хакеры подкупили сотрудников болгарской таможни и заразили их компьютеры вирусом, который позволил не платить пошлину при ввозе товаров в страну. Сбережения они хранили в биткоинах. После задержания 23 контрабандистов болгарские власти конфисковали 213 519 ВТС, что сообщается в пресс-релизе SELEC[2]. Стоит отметить, что формально продажа криптовалют в Болгарии запрещена, в связи с чем, если владелец крупного депозита биткоинов решит их продать, это может обрушить рынок. Но, чтобы совершить данное преступное деяние (контрабанду), необходимо, чтобы криптовалюты были предметом совершения преступления. Применительно к Болгарии, например, этот вопрос не стоит столь остро, как в России: там криптовалюты рассматриваются как финансовый инструмент, в то время как в России за ними не закреплен никакой статус, и, следовательно, криптовалютные отношения ничем не урегулированы.

В последнее время эта тема приобретает особенную актуальность, так как сейчас идет массовое распространение криптовалют, а, значит, будет увеличено количество нарушений, связанных с ними. Каково же правовое положение криптовалюты?

Необходимо оговорить, что этот вопрос касается не только уголовного права в области преступлений против экономики, но и гражданского законодательства. Представляется, что это связано с самой природой криптовалюты: во-первых, это децентрализованная система, что означает невозможность полного её регулирования со стороны государства, а децентрализованный характер хранения записей порождает то, что сведения о наличии на счете криптовалют невозможно продублировать; во-вторых, блокчейн имеет открытый и анонимный характер; в-третьих, технологическое регулирование, которое обеспечивает защищенность и фиксацию некоторых прав, совершение сделок без участия государства, а также без особой документации; в-четвертых, отсутствие обеспеченности (в отличие от денег) и обязательственных отношений между участниками. В-пятых, криптовалюты в полной мере не подпадают ни под один объект гражданского права ввиду своих особенностей.

Следовательно, необходимо придать криптовалютам хоть какой-то официальный статус в целях правового регулированию соответствующих отношений. Вариантами разрешения данной проблемы можно назвать, например, признание за криптовалютами статуса денежных средств, что обусловлено в первую очередь функционалом: с помощью криптовалют «покупаются» различные товары, на основании чего можно говорить о том, что они также являются своеобразным особым товаром, эквивалентом в имущественном обороте. Но в данном случает стоит обратить внимание на то, что сущностной чертой денег является то, что они по всей сути относятся к родовым вещам, в то время как криптовалюты нельзя отнести к таковым в виду того, что каждая криптовалюта представляет собой особенный набор формул, что делает из нее индивидуально-определенную вещь. Однако, если все же и обеспечить уголовным законом защиту криптовалютных отношений, отождествляя с валютными, то в таком случае нужно будет рассматривать, например, ст. ст. 159.1, 159.2, 172.2, 174, 176, 177, 185.3, 186, 187, 200.1, 200.3, 204, 204, 204.2, 205.1, а также ст. ст. 228, 290 УК РФ как примеры преступлений, предметом в которых может фигурировать деньги, денежные средства. Можно отметить, что, говоря о данном статусе, нельзя обойти вниманием и иностранную валюту, так как здесь тоже можно увидеть некоторые сходства с криптовалютой. Оговорим, что данный предмет фигурирует, к примеру, в ст. 193 УК РФ. Также криптовалюты предлагается отождествить и с товаром, и с имуществом, и с информацией, однако, на наш взгляд, наиболее корректным будет придание им правовое положение, схожее с бездокументарными ценными бумагами. Рассмотрим более подробно этот момент.

Бездокументарными ценными бумагами называют ценные бумаги, существующие не в форме документа на бумажном носителе, а фиксируемые в памяти ЭВМ или иным подобным способом[3]. Согласно ст. 2 Федерального закона от 22.04.1996 г. № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» бездокументарная форма эмиссионных ценных бумаг – форма эмиссионных ценных бумаг, при которой владелец устанавливается на основании записи в реестре владельцев ценных бумаг или, в случае депонирования ценных бумаг, на основании записи по счету депо. В Гражданском кодексе РФ отсутствует норма-дефиниция, которая бы содержала данное понятие, но, исходя из смысла статей 149-149.5 ГК РФ можно выделить отличительные признаки этого института:

1) способ фиксации прав в бездокументарной форме, отражение частных прав;

2) подтверждает все виды прав, которые осуществляются в момент по требованию правообладателя;

3) права на владение бумагами содержатся в официальном документе, подтверждающем выпуск;

4) имеет равные объём и сроки осуществления прав внутри одного выпуска вне зависимости от времени приобретения ценной бумаги;

5) подтверждение прав осуществляется без использования бумажной формы;

6) ответственными за исполнение является лицо, выпустившее ценную бумагу, а также лица, которые предоставили обеспечение исполнения соответствующего обязательства;

7) распространяется эмиссией.

Мы видим, что все то, что касается положений, не связанных с вмешательством государства, отражает сущность криптовалют, то есть дает основание для их отождествления. Это обусловлено децентрализованным характером данного феномена: эмиссией в данном случае можно назвать ICO, но, опять же, по отношению у криптовалютам участие государственных структур неосуществимо, так как противоречит основополагающим признакам. Положения об обязательствах и иных правовых последствиях, возникающих на основе отношений, связанных с оборотом бездокументарных ценных бумаг, на наш взгляд, основываясь на схожести правовой природы криптовалют и бездокументарных ценных бумаг не будут противоречить этим особенностям. Что же это будет значить для Уголовного кодекса РФ?

Так, криптовалюты в таком случае станут предметом статей 159, 185, 185.4, 204, 290, 291, 291.1, 291.2, 304, 309 УК РФ, что обеспечит защиту прав граждан не только в экономической сфере, но и в области государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления, а также правосудия. Необходимость этого обусловлена тем, что сейчас весьма активно идет процесс распространения криптовалют, что делает актуальным регулирование этого вопроса не только с точки зрения экономики, но и в иных сферах жизни общества. Относительно места криптовалюты в составе преступления нужно обратить внимание на следующее: несмотря на то, что некоторые источники [4] высказывают мнение о возможности применения в отношении них категории «орудие», по нашему мнению, более уместным будет придание криптовалютам места предмета совершения преступления, но в таком случае нужно будет внести поправки в само понятие «предмет преступления» по причине того, что им признается элемент материального мира, на который осуществляется воздействие в ходе совершения преступления, в то время как криптовалюты не носят субстанциональных или материальный характер (так же, как и бездокументарные ценные бумаги).

Таким образом, несмотря на то, что криптовалюты и связанные с ними отношения носят сложный и неоднозначный характер, выделение для этого феномена отдельного института в гражданском праве не представляется необходимым ввиду наличия достаточно большого количества сущностных схожих черт с институтом бездокументарных ценных бумаг, а регулирование в таком ключе позволит с помощью ряда норм уголовного законодательства защитить права граждан в этой сфере, а, учитывая специфику этого явления и рассматриваемого нами наличествующего объекта, также ограничить влияние государства на этот процесс, но обеспечив при этом и распространение действия норм Уголовного кодекса РФ, что уже на данном этапе функционирования этой системы стоит очень остро и актуально.



[3] См.: Кураков Л.П., Кураков В.Л., Кураков А.Л. Экономика и право: словарь-справочник. М., 2004.

Оставить комментарий