К вопросу о понятии всемирного наследия по Конвенции ЮНЕСКО 1972 г.

Гибадуллин Т.Д.
Казанский (Приволжский) федеральный университет
студент 4 курса

Основным международно-правовым инструментом в области охраны всемирного наследия является Конвенция об охране всемирного культурного и природного наследия 1972 г., в которой участвуют более 190 государств. Данный документ объединил в едином международном соглашении концепции охраны природы и сохранения культурных ценностей. Конвенция 1972 г. исходит из того, что определённые ценности культурного и природного наследия представляют исключительный интерес, являясь частями всемирного наследия всего человечества, и участие в их охране должно принимать всё международное сообщество [1]. При этом рассматриваемое международное соглашение говорит об осуществлении такой охраны прежде всего на национальном уровне [2].

Наиболее ранние конвенции по защите культурного наследия касались лишь материальных элементов культурных «ценностей», рассматривая их как объект частных прав по большей части экономического характера. В то же время, введение понятия «наследия» и включение природных и культурных аспектов «наследия» в единое международное соглашение (Конвенцию 1972 г.), можно охарактеризовать как прорыв [3]. Кроме того, использование в Конвенции термина «всемирное наследие» можно считать подтверждением того, что к 1972 г. в международном сообществе сформировалось представление об общезначимости и единстве культурных форм, являющихся наиболее выдающимися [4]. К тому же, нельзя не отметить, что понятие «наследие» более учитывает интересы будущих поколений, нежели смежный термин «культурная ценность» [5].

Что касается соотношения данных понятий, то, несмотря на наличие в литературе иной точки зрения по данному вопросу [6], мы считаем, что термин «наследие» является более широким, так как под ним подразумевается «достояние, которое должно находиться в сохранности и быть передано будущим поколениям» [7]. Более того, понятие культурной ценности называют «неадекватным и неуместным по сравнению со спектром вопросов, охватываемых понятием культурного наследия» [8], так как последнее включает в себя, в том числе, и нематериальные объекты, как, например, танец или фольклор. Это подтверждается, например, в Конвенции об охране нематериального культурного наследия 2003 г. [9] и в Рекомендации ЮНЕСКО 1989 г. о сохранении фольклора [10], которая характеризует его как неотъемлемую часть культурного наследия и живой культуры [11].

Возвращаясь к Конвенции 1972 г., нужно сказать, что она распространяет своё действие на особую категорию недвижимого [12] и материального наследия — всемирное наследие, разделяя его на культурное и природное. К культурному наследию Конвенция относит, в том числе, произведения архитектуры, монументальной скульптуры и живописи, достопримечательные места, имеющие выдающуюся универсальную ценность [13], а к природному — в том числе природные памятники и ограниченные зоны обитания подвергающихся угрозе видов животных и растений, имеющихвыдающуюся универсальную ценность [14]. При этом отнесение объектов к указанным категориям входит в компетенцию государств-участников Конвенции [15].

Говоря о критерии «выдающаяся универсальная ценность», можно отметить определённое противоречие между концепцией «выдающаяся», которая подразумевает, что объект должен иметь исключительные качества, выделяясь среди всех других объектов, и концепцией «универсальная ценность», ведь последняя также должна быть присуща объекту для квалификации его в качестве объекта всемирного наследия [16]. При этом в предварительном варианте Руководства по выполнению Конвенции указывалось, что некоторые культурные ценности не могут признаваться всеми людьми и повсюду как имеющие большое значение и важность, поэтому критерий «универсальной ценности» по отношению к объекту следует трактовать как обладание данным объектом высокой степени репрезентативности той культуры, частью которой он является [17].

В имплементации Конвенции 1972 г. чётко прослеживается интеграция концепций культурного и природного наследия. Данная интеграция наиболее проявилась во введении в 1998 г. в Руководство по выполнению Конвенции такой категории как «смешанное культурное и природное наследие» [18]. Согласно данному документу, объекты должны рассматриваться как смешанное наследие в случае, если они частично или полностью подпадают под определения как культурного, так и природного наследия в ст. ст. 1 и 2 Конвенции 1972 г. [19]

Следует отметить и такую категорию всемирного наследия, содержащуюся в Руководстве по выполнению, как культурный ландшафт. Однако введена она туда была также не сразу, а в 1992 году, на что повлияло, в частности, появление новых природоохранных правовых концепций, в том числе концепции сохранения биологического разнообразия [20]. Культурные ландшафты являются объектами культурного наследия, которые представляют собой «совместные творения человека и природы», указанные в ст. 1 Конвенции. Они показывают эволюцию человеческого общества и поселений под влиянием физических преград и/или возможностей, предоставляемых естественной средой обитания людей, а также внешних и внутренних культурных, социальных и экономических факторов, сменяющих друг друга [21]. Типичными примерами культурных ландшафтов являются морские ландшафты: в них сильно взаимодействие между человеческой культурой, обществом, экономической деятельностью и ландшафтом береговой линии и моря; все аспекты жизни в таких местностях каким-либо образом зависят от данного взаимодействия [22]. Также, за время, прошедшее с момента принятия Конвенции 1972 г., в Список всемирного наследия были включены такие новые виды ценностей, как исторические города, исторические места промышленного наследия и геологические объекты [23].

При этом сфера охвата Конвенции 1972 г. критикуется из-за своего «европоцентризма». Во время разработки Конвенции некоторые государства-члены ЮНЕСКО предложили, по инициативе Боливии, включить в сферу действия этого международного договора, помимо культурного и природного, также и нематериальное наследие [24]. Однако этого не произошло, и в определении всемирного наследия в данном международном соглашении было использовано лишь европейское понимание культуры как чего-то осязаемого. Это понимание весьма удалено от концепций наследия, существующих в африканском, азиатском или латиноамериканском обществе [25].

Тем не менее, на данный момент можно сказать, что Конвенция 1972 г. учитывает и нематериальные аспекты наследия, как на это указывают поправки к Руководству по выполнению Конвенции — так, например, начиная с 2000 года, Руководство предусматривает, что культурная ценность объекта для целей его квалификации как культурного памятника может быть выражена, в том числе, через «язык и другие формы нематериального наследия» [26]. Нельзя не приветствовать подобные нововведения. Видится, что в целях преодоления упомянутого «европоцентризма» в сфере охвата Конвенции 1972 г. необходимо дальнейшее развитие в этом направлении.



[1] Конвенция об охране всемирного культурного и природного наследия (16 ноября 1972 г.) // Нормативные акты ЮНЕСКО по охране культурного наследия. М.: ЮниПринт, 2002. С. 71–87. Преамбула.

[2] Там же. Ст. 4.

[3] Blake J. International Cultural Heritage Law. Oxford: Oxford University Press, 2015. P. 128.

[4] Всемирное культурное наследие: учебник / под ред. Н. М. Боголюбовой, В. И. Фокина; С.-Петерб. гос. ун-т. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2015. С. 55.

[5] Francioni F. The 1972 World Heritage Convention—A Commentary. Oxford: Oxford University Press, 2008. P. 23–50.

[6] Молчанов С.Н. К вопросу о правовом режиме культурных ценностей (опыт универсального подхода) // Охранные археологические исследования на Среднем Урале: Сб. статей. Екатеринбург, 2001. Вып. 4. С. 4–13.

[7] Blake J. On Defining the Cultural Heritage // International and Comparative Law Quarterly. 2000. Vol. 49. No. 1. P. 83.

[8] Prott L.V. and O’Keefe P.J. ‘Cultural Heritage’ or ‘Cultural Property’? // International Journal of Cultural Property. 1992. Vol. 1. No. 2. P. 319.

[9] Конвенция об охране нематериального культурного наследия (17 октября 2003 г.) [Электронный ресурс]. URL: http://www.un.org/ru/documents/decl_conv/conventions/cultural_heritage_conv.shtml (дата обращения: 07.05.2018).

[10] Рекомендация о сохранении фольклора (15 ноября 1989 г.) // Нормативные акты ЮНЕСКО по охране культурного наследия. М.: ЮниПринт, 2002. С. 217–223.

[11] Там же. Преамбула.

[12] Odendahl K. Kulturgüterschutz. Tübingen: Mohr Siebeck, 2005. S. 136.

[13] Конвенция ЮНЕСКО 1972 г. Ст. 1.

[14] Там же. Ст. 2.

[15] Там же. Ст. 3.

[16] Musitelli J. World Heritage, between Universalism and Globalization // International Journal of Cultural Property. 2002. Vol. 11. No. 2. P. 327–329.

[17] Belder L. The Legal Protection of Cultural Heritage in International Law and Its Implementation in Dutch Law [e-book]. 2014. URL: http://orcp.hustoj.com/wp-content/uploads/2015/10/2014-ebook-The-legal-protection-of-cultural-heritage-in-international-law-And-its-implementation-in-Dutch-Law.pdf. P. 117–118.

[18] Blake J. International Cultural Heritage Law. P. 132.

[19] Operational Guidelines for the Implementation of the World Heritage Convention. UNESCO Doc. WHC.17/01. 2017. Para. 46.

[20] Redgwell C. Article 2—Definition of Natural Heritage // The 1972 World Heritage Convention—A Commentary. Francioni F. (ed.) Oxford: Oxford University Press, 2008. P. 63–84.

[21] Operational Guidelines. Para. 47.

[22] Blake J. International Cultural Heritage Law. P. 132.

[23] Потапова Н.А. Международно-правовые проблемы охраны культурных ценностей и законодательство Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2001. С. 88.

[24] Blake J. International Cultural Heritage Law. P. 128

[25] Albert M.-Th., Ringbeck B. 40 Years World Heritage Convention: Popularizing the Protection of Cultural and Natural Heritage. De Gruyter, 2015. P. 8.

[26] Operational Guidelines. Para. 82; Blake J. International Cultural Heritage Law. P. 128.